Кино

Жак Одиар

Накануне во Дворце фестивалей и конгрессов на набережной Круазет закончился 68-й Каннский международный кинофестиваль.

Главная награда жюри — «Золотая пальмовая ветвь» досталась «своим», а точнее — драме «Дипан» француза Жака Одиара об истории тамильских беженцев, направляющихся в Париж. Это решение «двуглавого режиссера» — председателей жюри братьев Джоэла и Итана Коэнов оказалось крайне одиозным, вызвав бурю негодования среди множества кинокритиков, киножурналистов, да и кинематографического сообщества в общем.

Пожалуй, давно не было случая столь бурного несогласия с решением жюри и таких обвинений в предвзятости. Множество авторитетных изданий уже успели назвать картину Одиара заурядным, интеллектуально бездейственным, недалеким и т.п. Но, безусловно, нашлись и сторонники Дипана и главными из них оказались влиятельные деятели фестиваля — в том числе Ксавье Долан, Софи Марсо и Гильермо дель Торо. 

Также многие критики фестиваля связали действия жюри с отсутствием ушедшего на покой 84-летнего Жиля Жакоба — бессменного руководителя (сначала художественного директора, а затем и президента) Каннского кинофестиваля с далекого 1978 года. Говорят, что седовласый старина Жиль всегда умел найти правильный подход и оказать влияние на «фестивальный Ареопаг».

В числе фаворитов впредь до окончательного решения жюри числились американская драма «Кэрол» Тодда Хейнса и очередной новаторский шедевр «Молодость» итальянского мастера Паоло Соррентино с Майклом Кейном, Джейн Фондой, Харви Кейтелом. 

В итоге «Кэрол» ограничился лишь получением приза за лучшую женскую роль Руни Мара, да и то разделившей награду с Эммануэль Берко, а также специальной наградой «Квир пальма», которая, как известно, присуждается самым неортодоксальным картинам. 

Эммануэль Берко

Приз за сценарий достался психологическому триллеру «Хроник» трендового мексиканца Мишеля Франко, который после успеха «Бердмэна» продолжает доказывать миру долговечность мексиканской кинематографической волны. Кстати, в картине главную роль сиделки при неизлечимо больных играет Тим Рот.

Приз за лучшую режиссуру увез домой номинант и лауреат многочисленных фестивалей, тайваньский режиссер Хоу Сяосянь за свое последнее творение «Убийца» — смесь восточного боевика и философской притчи.

Награду «Приз жюри» получила греческая антиутопия «Лобстер» о безвыходности будущего без наличия семьи.

Второй по значимости после «Золотой пальмовой ветви» награды — «Гран-При» удостоен ученик Белы Тары — венгерский дебютант Ласло Немеш с фильмом «Сын Саула», рассказывающим о венгерском холокосте в период Второй мировой войны.

Ласло Немеш

Также в этом году торжествовали режиссеры-женщины, причем опять же француженки. Во-первых, фестиваль открылся картиной Эммануэль Берко «С высоко поднятой головой» и это второй подобный случай в истории кинофестиваля.

А «Почетная Золотая пальмовая ветвь» в этом году досталась также женщине — 86-летней режиссеру, оператору, сценаристу, актрисе Аньес Варда, которая сняла свой первый самостоятельный фильм целых 60 лет назад. Эту награду за вклад в киноискусство в Каннах каждый год вручают крупнейшим режиссерам, пользующимся широкой известностью, но ни разу не отмеченных главной наградой фестиваля. 

Аньес Варда

В течение фестивального периода мировая кинопресса предрекала некий ренессанс итальянского кино, однако оказалось, что по крайней мере с точки зрения наград, возрождение явно не состоялось. 

Помимо Соррентино, жюри также проигнорировало «Сказку сказок» Маттео Гарроне и «Моя мать» живого классика европейского кино Нанни Моратти. С пустыми руками набережную Круазет покинул и метр китайского кино Цзя Чжанкэ с фильмом «Горы могут ходить». 

Итак, фестиваль оказался противоречивым: по мнению одних – номенклатурно-провальным, а по мнению других — всего лишь субъективным, как и собственно любое восприятие искусства. И величавые Канны тому отнюдь не исключение. -0-

Карен Аветисян — специально для «АРКА Style»