АrmStyle

Легендарный грузинский режиссер, работающий во Франции, – обладатель премий практически всех крупнейших фестивалей мира, Отар Иоселиани в рамках своего визита в Ереван в качестве почетного гостя XI Ереванского международного фестиваля «Золотой абрикос» поделился с журналистами своим видением авторского кино, искусства, дружбы и политики, и, конечно, впечатлениями от армянской столицы.

«Авторского кино нет, есть только кино и больше ничего. Но если производители коммерческого продукции называют настоящее кино – авторским, что ж так уж и быть»,- начал Мастер беседу. Он подчеркнул, что кино для него – вещь второстепенная, но одна из необходимых вещей, которая сопутствует жизни человека, и признался, что кроме кино больше ничего в жизни делать не умеет.

Он мог бы стать музыкантом, но осознал, что Рихтера из него не выйдет, а  всю жизнь «читать чужие тексты» в нотах ему не хочется. Мог стать и математиком, и все к этому шло до того момента, когда он понял, что его знания могут быть использованы во вред – например в производстве оружия – бомб или ракет. «Когда-то такую жуткую, трагичную ошибку допустил Сахаров. Это замечательный был физик, он подарил большевикам водородную бомбу, чем продлил их существование лет на двадцать. Потом он опомнился и стал диссидентом»,- вспомнил он.

К современному кино Мастер относится скептически, но с надеждой: «по теории вероятности, чем больше дряни, тем больше вероятность, что намоется золото, а когда мало дряни, то вероятность намыть золота мала. Поэтому этот феномен  надо не упускать. Но имейте ввиду, что зритель настолько развращен во всем мире американским телевидением и клише в кино, что кино скорее носит характер времяпрепровождения. А зритель, которому я снимаю фильмы или мои коллеги – они уже в кино не ходят и презирают кино…».

Тогда Иоселиани решил пойти в кино, обучался на курсе Александра Довженко до самой его смерти , а потом упорно снимал картины в Тбилиси, несмотря на запреты цензуры, следовавшие один за другим… «А потом  пришел в ЦК Компартии Грузии Шеварнадзе и отпустил меня снимать во Францию, рискуя головой, потому что если бы я сбежал, то ему бы не поздоровилось»,- продолжал режиссер.

Он рассказал и о своей дружбе – с Бродским, с Параджановым. Дружба для него – явление очень высокое, и чтобы стать другом Иосилиани, нужно обладать такими качествами, как порядочность, незапятнанная репутация, ум, скромность, отсутствие желания «делать деньги». Таким был его друг – Иосиф Бродский, — «довольно строгий молодой человек. А  когда он раскрывался, он был нормальный питерский хулиган».

Сравнил режиссер и Ереван – тогда и сегодня, и честно признался – города не узнал, и перемены в нем – не самые лучшие. «Тогда город был другой: город был как город, дома были, как дома, и богатых людей не было, и можно было творить легкие глупости…»,- вспомнил режиссер.

Однако, по его словам, хоть и изменился облик города, люди, населяющие его, делают его живым и теплым. Таким же был для него и Тбилиси, теплым и родным, а сейчас, по его словам, и поздороваться не с кем. «Когда уезжаешь куда-то, надо помнить об одной вещи, что, вернувшись, ты вернешься за границу… когда все время живешь – постепенно привыкаешь или возмущаешься»,- сказал режиссер с досадой.

Сегодня Отару Иоселиани был удостоен самого почетного приза «Золотого абрикоса» — Праджановского талера, и хотя он всегда высказывал свое безразличное отношения к наградам и премиям, обойти премию, остаться равнодушным к награде, носящей имя его друга он не смог.

«Параджанов был очень трогательный, милый и внимательный человек – замечательный друг: остроумный, находчивый и просто искрящийся»,- сказал он, сам озарившись добродушной искренней улыбкой.

Фотоленту с пресс-конференции можно посмотреть здесь. -0-